Поддержать сайт "КАПИТОШКИН ДОМ"

рублей Яндекс.Деньгами
на счет 410011020001919  ( Современные авторы детям )
Главная / Авторы дети (школьники) / Виолетта ГУСАКОВА. Рассказы - Глава VIII

Виолетта ГУСАКОВА. Рассказы - Глава VIII

Оценка пользователей: / 6
ПлохоОтлично 
Авторы дети - Школьники
Оглавление
Виолетта ГУСАКОВА. Рассказы
Бублик
Дыра в заборе
Почтовая... черепаха
Полюбить зверя, или Дневник длиною в осень
Бабочка на ладони
Глава I
Глава II
Глава III
Глава IV
Глава V
Глава VI
Глава VII
Глава VIII
Глава IX
Глава X
Глава XI
Глава XII
Глава XIII
Глава XIV
Глава XV
Глава XVI
Глава XVII
Глава XVIII
Глава XIX
Глава XX
Глава XXI
Глава XXII
Глава XXIII
Глава XXIV
Глава XXV
Глава XXVI
Глава XXVII
Эпилог
Все страницы

Глава VIII

 

...Мой давний город, город детства

в огнях простёрт на берегу.

Он виден мне, а вот вглядеться

в себя, былую, не могу.

(«Прощанье» Вероника Тушнова)

Я помню, мне было лет пять, когда я поехала вместе с мамой, папой и Мишкой в своё первое большое путешествие. К бабушке и дедушке. На море.

Я помню, как любила лежать на нижней полке, закрыв глаза, и слушать, как в ритме моего сердца гремят колёса.

Я помню, как Мишка затаскивал меня к себе наверх, а я страшно боялась лезть туда, но не подавала виду. Мы сидели, сложив ноги по-турецки, играли в домино, за которым два утра бегали к проводнице, читали любимые книги, заботливо прихваченные с собой, с хрустом кусали спелые яблоки и пачками ели сахарное печенье.

Я помню, как мама и папа звали нас обедать, мы спускались и смотрели в окно, забывая порой даже есть лапшу или кашу. Мы наперебой спорили о том, кто живёт в той крошечной деревеньке, мимо которой в мгновение пролетал наш поезд, и которую мы едва успевали разглядеть. Мы смотрели на облака. Мы смеялись над собственными шутками, легонько пинали друг друга под столом и восхищённо замолкали, когда проезжали через реку.

Я помню, какими мы были счастливыми.

 

Мне было пятнадцать. Я лежала на нижней полке. Колёса не гремели – бесстыковой путь. И стука своего сердца я тоже теперь не слышала.

Держала в руках Мишкину бабочку. Прикасалась к воздушным, почти невесомым голубым крыльям. Рассматривала изящные прожилки. От неё едва ощутимо веяло чем-то волшебным. От неё исходил аромат, до боли знакомый, и я не могла вспомнить, где и когда я его ощутила. И вообще, я подсознательно понимала, что я видела её раньше... давно...

Мишка сделал её сам. Я знаю. Он с детства умеет превращать обычный и порой ставший никому не нужным подручный материал в действительно необыкновенные вещи. У него золотые руки. Волшебные.

На душе стало ещё тяжелее. Бабочка греет мою ладонь, а мне только хуже от этого лучистого тепла. Мишка, Мишка... Что случилось между нами? Почему мы стали так далеки друг от друга? Кто тому виной? Она?..

Поезд развернулся, и в окно ворвалось закатное золотисто-оранжевое солнце. Я смотрела сквозь ресницы на то, как оно румянило сизые хмурые тучи и ласково касалось каждой травинки в бескрайней дикой степи. Крохотные блёстки на крылышках бабочки сияли всеми цветами радуги и бросали едва заметные отблески на стену.

Игорь Борисович начал громко храпеть над моей головой. Я вздохнула.

На соседней нижней полке лежала девушка. В ушах – наушники, в руках – телефон. Она зашла на маленькой остановке через два часа после того, как мы отъехали от нашего города, ведя с кем-то напряжённую переписку и погромыхивая странной для меня музыкой. Ни с кем не поздоровалась, приземлилась на полку и так просидела (точнее, пролежала) целый день. Лицо было до умопомрачения серьёзным и хмурым. Наверное, спорила с кем-то. Решала жизненно важные проблемы. Смс-сообщениями. Или в социальной сети.

Подняв глаза, я посмотрела на Матвея Егоровича. Он был тоже какой-то... не такой... Лежал на верхней полке уже несколько часов, но не спал. Не сказала бы, что грустный, но... встревоженный. Задумчивый. Обычно мы всю дорогу говорим, говорим, говорим, и темы никогда не кончаются. Мы можем беззлобно посмеяться над такими, как эта черноволосая дама с телефоном или Игорь Борисович, храпящий не просто на всё купе – на весь вагон... Мы читаем вслух стихи. Вспоминаем смешные и не очень истории. Обсуждаем самые разные и невероятные вопросы – связанные с музыкой, литературой, кинематографом... с дружбой, человеческими отношениями... с корыстью, щедростью, радостью, счастьем... с добром и злом... с жизнью вообще.

С Матвеем Егоровичем я чувствую себя собой.

Так, как когда-то чувствовала себя с Мишкой.

Матвей Егорович для меня не только учитель. Он как старший брат. Даже как отец.

Я не выдержала и всё-таки тихо спросила:

- Матвей Егорович, у Вас случилось что? – теперь моя очередь тревожиться.

Он не сразу услышал, что я обращаюсь к нему.

- А? Что, Варь? – переспросил он.

- У Вас что-то случилось?

- У меня?.. Да нет... Нет, ничего...

Он молчал, и я молчала, пытаясь увидеть причину его странной, незнакомой мне тоски в отсутствующем взгляде, обращённом к окну.

Но Матвей Егорович отвернулся к стене, и я потеряла последнюю нить, которая могла бы дать ответ – почему мир вокруг меня так стремительно рушится, и я не в силах что-то с этим сделать...

Достала из-под подушки книгу, открыла наугад и заскользила взглядом по строчкам. Чтобы успокоиться, хотя бы попробовать привести в порядок мысли. Сначала читала бездумно, а потом... как это обычно, стихи медленно, как огромная быстрая река, сломали дамбу на пути к моему сердцу, и бурным потоком устремились туда, живительной водой омывая высохшую за последние две недели равнину. Я знаю, это ненадолго, но мне стало легче дышать. Я опустила ладони в любимый, когда-то давно найденный мною родник, и взахлёб глотала каждую букву.

Я читала – «У дебаркадеров лопочет чернильно-чёрная вода, как будто высказаться хочет, да не умеет – вот беда!» - у меня перехватило дыхание... – «Как будто бы напомнить хочет о важном, позабытом мной, и всё вздыхает, всё бормочет в осенней теми ледяной...»[1]- и вдруг начала слышать мотив, зародившийся где-то в глубине души. Я читала, и он становился всё громче, громче, громче...

И...

И я вытащила из рундука гитару.

Расстегнув чехол, я с привычной нежностью провела рукой по корпусу и грифу и прошептала: «Ну что, родная, сыграем...»

Мы столько лет вместе – я и она. Мы столько лет живём в унисон.

Да. Она живая. Вы можете смеяться над моими словами сколько угодно. До тех пор, пока сами однажды не возьмёте в руки гитару и не прикоснётесь хотя бы раз к её струнам.

Я старалась сделать слышимым мотив, и, наконец, поймала нужные ноты – те же, что звенели у меня в голове... я играла, закрыв глаза, и тихо пела, мурлыкала под нос только что прочитанные и вмиг запомнившиеся стихи.

А потом услышала шорох и посмотрела наверх. Матвей Егорович держал свою гитару и улыбался.

- Сыграем, Варвара?

Я подала ему книжку, пытаясь не показать бурной радости... мой прежний учитель вернулся!.. Он внимательно прочитал, потом кивнул и положил сборник на стол – так, чтобы было видно и ему, и мне.

Я начала. Он подхватил.

Музыка и Литература, особенно вкупе, имеют просто поразительную способность переносить человека в абсолютно иное измерение. Слыша свой голос и гитару, ты чувствуешь себя нездешним – человеком с другой планеты, наверное... Ты по-другому смотришь на всё вокруг, и всё вокруг кажется тебе прекраснее, чем есть на самом деле. И ты готов разорваться от чувства этого мимолётного счастья...

И совсем по-особенному звучат песни, если ты поёшь их вместе с кем-то... Ты не один в этом мире, и этого всё – вдвойне...

 

...Мы играли много, переворачивали страницы с всё новыми и новыми стихами, налету придумывали мотив, подхватывали его друг у друга и пели, пели, пели...

Девушка вытащила наушники из ушей, недовольно глядя на меня, но потом её возмущение сменилось удивлением. Она не перестала строчить смс-ки, но всё чаще поднимала голову и слушала.

Игорь Борисович несколько раз ворочался, что-то бормоча сквозь сон, но потом вновь начинал храпеть. Однако его храп не мог заглушить нас.

Неожиданно Матвей Егорович замолк, продолжая играть. Я вопросительно посмотрела на него, а учитель улыбнулся и сказал:

- Случилось, Варька, случилось... через семь с половиной месяцев я стану отцом...

 



 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Облако тегов


Powered by Dapmoed